Тетя Газа

Летняя школа ЦЕХ. Мастерская по перформансу Алесандра Андрияшкина

«Я автор. Я отниму у вас несколько минут вашей жизни». Для рассказа о мастерской по перформансу Александра Андрияшкина в рамках Летней школы ЦЕХ. В «душную комнатку», она же третий зал ЦЕХа, набилось аж 15 человек (для тех, кто не может оценить – для данного пространства это уже когда три человека не влезают и пляшут в коридоре). «А гости все прибывали и прибывали…» В том числе трое из ларца Латвии (на второй день они размножились традиционным прибалтийским почкованием до четверых), двое из которых не понимали по-русски, что добавило нашей лаборатории пикантности, тягучего латышского бухтения в течение 4 первых дней, а также возможность переводчикам поиздеваться над подопечными. Один из непонимающих, кроме прочего, был огромен и шел за троих. В столкновениях с ним заземлиться было совершенно невозможно по причине того, что когда в тебя, едущую на велосипеде, влетает со всей дури груженая фура, то понятно, чьи тапочки передадут маме. Из мест, простите за неуместный каламбур, не столь отдаленных присоединился Костя Челкаев, который внес свой кусок перформативности и раскрытый рот.

Договорились на берегу: будем стоять или ходить. Простые вещи – самые сложные. Получать опыт, переводить его в навык, а затем, если жизнь сложится удачно, - пользоваться инструментом. Уточняться и реализовываться. Работать с собой, партнерами, пространством, происходящим и иметь при этом свою авторскую позицию. Формулировать высказывание - словесное или движенческое, которое приводит к конкретным изменениям («Когда тебя еще будет так внимательно слушать 15 человек в течение 5 минут?»). Отдавать и принимать. Брать на себя ответственность. И быть при этом очень живым.

«Почему ты не говоришь нам про свободную нижнюю челюсть?» - «Прости!»

Пробовать разные роли – генератора (генеральный директор – «чувак, который ничего не делает» - на самом деле отвечает за глобальные вехи в развитии), транслятора (заместитель генерального директора – человек, который интерпретирует на свой вкус и цвет все то доброе, светлое и неуместное, что несет с собой в мир генеральный) и реализатора («в жопе шило» мобильный рабочий класс). Проецируя на себя, понять, где твое место в этой никчемной жизни, как вести себя в разных ролях и при этом повышать свою квалификацию, не лезть не в свое дело путать роли. Много говорить («Вытошнить из себя всю литературщину!»). Учиться (и так до конца и не научиться) отпускать, чтобы из этого брать энергию для нового начинания.

Быть среди тех 10% людей, которые реально что-то меняют. «Очень странно, когда абсолютно все вокруг в один голос говорят, что они те самые 10%» - «Так это же круто, когда все подобрались как раз из этих 10%». Работать с «чем большие проблемы у современного танца на данный момент» с контекстом. Разбираться с позитивным значением слова «формализм». Не суетиться, не работать вхолостую и четко знать, что на все «есть время!».

В национальный русский праздник пятницу латыши зассали не пришли. Никто не бубнит и не таранит самосвалом. Зябко и одиноко.

И да, много было утрирования, но «любая гиперболизация четче определяет суть позиции» - не мое, но дарю.

Заканчиваю словами предводителя: «Я вас только очень прошу, не увольняйтесь с работы после окончания мастерской!»

Тетя Газа

Летняя школа ЦЕХ. Невыносимый четверг.

«Сожженные полом» - новая глава записок про Летнюю школу ЦЕХ. В каждом блоке есть свой невыносимо тяжелый день. На прошлой неделе раскатывание всех катком закономерно случилось в среду. На текущей - все славно проскакали среду и решили, что в этот раз тот самый день отменили, но «пришла беда откуда не ждали» - среду перенесли на четверг. Mat Voorter сегодня не только аццки верещал, к чему уже все привыкли, а некоторые даже научились успешно пародировать, но и добрался-таки до своих метких сравнений мейд ин Нидерланды: «А сейчас мы съедаем и выкакиваем яблочко…» Но до того, как каждый нашел свою путеводную морковь, он устроил всем душ «для сугреву». Пока все, задыхаясь от смеха, натирали друг друга руками, в темпе и одновременно, рядом кто-то изрек: «Моя бабушка это бы не одобрила!» Вообще, когда после окончания первого занятия у Мэта, люди попытались разойтись, а Ольга Макушкина начала традиционно загонять всех в Гималаи, он взял меня за руку, отвел в сторонку и серьезно спросил: «Ты хочешь это слушать? Нет?» - «Нет, я уже слышала!» - «Тогда пойдем!..» и Синяя Борода поволокла замуровывать меня в стену. Тут я впервые обделалась. Оказалось, дело даже мокрых труселей не стоит – я всего лишь неправильно приводила руку…

Тетя Газа

Летняя школа ЦЕХ. Продолжение

Продолжаем наши заметки про Летнюю школу ЦЕХ. German Jauregui (Герман Хауреги) внедрял идеи быстрой смены состояний напряжения-расслабления, приводя в сравнение разные состояния воды - жидкое и твердое (газообразное, видимо, рассматривается на следующем уровне), создания линий в теле для уменьшения веса в опоре и прочие прописные истины. При этом, показывая мягкий и быстрый уход в пол, страшно гремел тельцем. Убеждала себя, что грохот раздается исключительно из-за худобы мастера, пока не запахло жареным ядреной мазью на основе пчелиного яда. Это случилось в среду в 10 утра, и на каждого входящего в зал действовало как настойка нашатыря (то есть очень бодрило), а фотографа даже напрочь удалило из зала. Тогда же, в среду, случилась еще одна удивительная вещь: Герман начинает показывать кусок связки, которую осенью мы бегали у А.Андрияшкина под Сердючку. "Тройка, семерка, туз!" Поверить в то, что испанец так подсел на Сердючку, что свистнул танцевальную фразу у российского преподавателя, было трудно. Зато в то, что класс Германа Хауреги не меняется из года в год ни на движение - охотно! "Тройка, семерка, дама!"
Тетя Газа

Летняя школа ЦЕХ

Подходит к концу первая неделя Летней школы ЦЕХ. Но уже закончились классы Лоранс Яди и Николя Кантийон, которые привезли свой танцевальный язык FuittFuitt и двух 5-месячных разнополых младенцев. И кому-то на следующей неделе повезет, и в течение 5 дней он по 3,5 часа будет бороться с собой, пытаясь быть «мягким как сопля» (благодарствую за меткое сравнение!) и слыша непередаваемо жестокое: «Stomach in!!!» от Николя. Ведь чтобы делать их медитативные восьмерки и «ловить грув», как минимум нужно изменить форму живота (пресса) с шара на что-то более напряженно-волнительное (параллелепипед?). А еще, стоя в планке (вот уже который год), смотреть на младенца, который тоже пытается отжаться, агукает и ржет, причем наверняка над тобой. Слушать от зрителей происходящего: «Сегодня вы делали что-то по-настоящему ужасное!» и продолжать кайфовать от процесса. И отчаиваться, и пыхтеть, и высасывать из зала весь воздух, становясь труппой, состоящей из 20 сеньоров Помидоров. И непременно делать перерывы (и перерывы побольше), чтобы Николя зажевал яблоко, выкурил сигарету, погудел под одним из детей и серьезно сказал: «Сейчас давайте вместе сосредоточимся и запомним уже эти шаги!!!» И точно знать, что на следующий день ноги снова будут заплетаться в неразвязываемые узлы, самые нелепые движения на свете складываться в странные узоры, а те самые шаги надо будет действительно вспомнить. Причем шаги, которые были вчера, позавчера и поза-позавчера. На пятый день кажется, что новые шаги уже должны были бы вытеснить из памяти те, что были в первый день, но технология повторов удивительным образом работает. В общем, будете в Женеве, не теряйтесь…
http://tsekh.ru/prepod.php?id=259

Тетя Газа

Из лекции Игоря Лидера 20 июня 2015г.

Тезисы из монолога о простых и важных вещах человека, который разукрасил Пушкина фломастерами.

При условии низведения танца в разряд простейших базовых потребностей человека, а-ля еда, сон и т.д., утверждение: «Танец – не для каждого!» теряет всякий смысл.

Когда-то во времена крутых ритуальных танцев люди своим танцем вызывали дождь. Они делали определенные движения и были уверены, что именно это им поможет. И, скорее всего, никто из них не смотрел на соседа со скептисом типа: «Чет он тут носочек не дотянул, не факт теперь, что вообще дождь случится!» Не производить никому не нужную работу по оцениванию в настоящее время – определенного рода талант.

Профессиональность в танце относительна. «Я профессиональный танцор, потому что я зарабатываю этим деньги!» Можно зарабатывать 100 000 рублей в день, работая на подтанцовке у отвратительного Пети, который делает отвратительную музыку, но Петя неприлично богат. И ты каждый день (без выходных, контракт на 20 лет!) выходишь в блестящих стрингах и бьешься головой о пол, потому что так задумано хореографом. Ты – профессиональный танцор. Гордись этим.

Сейчас очень часто забываются про базовые вещи в танце. Есть ощущение, что стройка ведется «со второго этажа». Иногда надо вспоминать, с чего начинается строительство дома.

Если на батле по хип-хопу сойдутся Николай Цискаридзе и один из пяти крутейших хопперов современности, то понятно, кто победит, несмотря на то, что каждый из них всю свою жизнь посвятил танцу. Формирование личности шло совершенно разным путем, в разных социальных сообществах. Можно человека одеть соответствующе, обучить степам, но он, не будучи в определенном контексте, не неся нужного нутра, будет продолжать делать пародии.

Ты смотришь на уматный танец Константина и тебе от этого танца хорошо. Ты пытаешься танцевать также, но никогда ты не станцуешь так, как Константин. Потому что ты – не Константин, ты живешь другую жизнь. И танец у тебя другой, убогий и унылый.

Танец «от души» будет таким, какой ты внутри. Если душа не «прокачена», то и танец будет таким же.

О важности соблюдения баланса между физическим, социальным и духовным телом. Доминирование какой-либо составляющей создает ненужные перекосы: танец алкоголика (на нуле социальная и духовная составляющая), танец как спорт («недотянуто» духовное тело) и т.д. И в тоже время мысли типа: «Тааак, что-то у меня социальная составляющая хромает, пойду подучу китайский!» надо немного соотносить с тем, что могло бы быть ближе к делу: возможно, вместо китайского полезнее будет взять книгу по анатомии…

Тетя Газа

Как Наташа ходила в цирк

В качестве приза в номинации «Самый склочный и неуживчивый характер» значилось приглашение на новое шоу братьев Запашных «Система». И не прилагая особых усилий, исключительно из любви к животным и ненависти к людям я выиграла и мне досталось.

- Возможно, они хотели, чтобы меня сожрали тигры?

- Не, ну на цирковых тигров надежды мало. В следующем году надо предложить африканское сафари…

Без шуток надо сказать, цирк я люблю. Уже четверть века. С того самого момента, когда я приняла самое серьезное решение для пятилетнего ребенка конца 80-х: пропустить стопудовокрутые диснеевские мультики и пойти в какой-то непонятный цирк. Решение я принимала на лихо крутящейся карусели, так что возможно, уже тогда у меня по-женски кружилась голова…

Но любовь к цирку она у меня такая невнятно-диковатая. Я вроде как ничего не предпринимаю, но периодически кричу: «А пойдемте в цирк!» И все вокруг обязательно говорят: «Конечно!» На том и расходимся.

В этот раз цирк нашел меня сам. Но минимальные усилия приложить все-таки пришлось. Например, протопать в 20 градусный мороз до малой арены Лужников и обратно. И лучше не сдавать куртку в гардероб, чтоб оттаять хотя бы к концу третьего часа.

Цирк – это такая штука, там всегда есть чем заняться: можно, например, отдать ребенка на растерзание аквагриммерам, которых повыгоняли из подмосковных школ искусств, но люди отрыли-таки и заняли свою нишу. И пока милый ребенок превращается в ужасное «я не пойму, ты кот или русалка?», можно постоять пару часов в очереди в туалет. Или купить программку за 200 рублей, изучить все номера, и не тратить боле время на просмотр. Или купить попкорн в стаканчике от Запашных, или наномороженное в стаканчике от Запашных, или просто стаканчик от Запашных, плюнуть в него и успокоиться.

Сладкую вату… ту самую, которую всегда так сильно хочется и через секунду после того, как тебе ее все-таки купили, внезапно оказывается, что в вате перемазана уже вся семья из 40 человек. Так вот эту вату теперь упаковывают в такие ведерки (от Запашных конечно же), как литровый майонез «Слобода» (видимо, и то, и другое хранится одинаково хорошо и почти одинаково на вкус). Новаторство заключается еще и в том, что мамы теряют до трех ногтей, открывая эти чудо-емкости! Отличная реклама фильма «Мамы-3» получилась бы…

Единственный человек, которого игнорируют абсолютно все – это парень за стойкой дегустации Абрау Дюрсо. В отсутствии клиентов, он, видимо, отведал зелья сам и поэтому из-под стойки периодически раздается: «Пааааапрооообуйте вкусный напиток!» Сама видела, что даже раздача скидок на покупку шампанского (и это 30 декабря!) не вынудила людей… так сказать, накатить игристого для сугреву.

Пока все собирались в зале, нам раз пять показали рекламу тренажерного зала Дружба в Лужниках. Реклама примечательна тем, что начинается с изображения чашечки кофе. И так сразу прям хочется в этот тренажерный зал.

«Вот только одно никогда не забывается, это когда ты стоишь на двух руках, медленно отрываешь одну руку от пола и понимаешь, что у тебя на ладони лежит земной шар» Всегда преклонялась перед людьми, которые могли бы сказать на эту цитату Л.Енгибарова: «Подумаешь!» А уж когда человек не просто стоит на руке, а эта рука еще опирается на спицу, ладно вогнанную в голову «нижнего», который в свою очередь телепается на высоте примерно 40 метров над уровнем манежа… на это можно смотреть вечно. И в принципе не важно, как это обставлено: как компьютерная игра, или как брачные игры туземцев. Все предельно честно: рука, голова и 40 метров. Так же честно, как и тот вздох зала, когда воздушная гимнастка соскальзывает с рук партнера и падает в страхующую сетку.

Были тигры со львами, которых я так ждала и которые так не ждали всех нас. Было ощущение, что их разбудили и... вот. В общем, они даже выходили лениво. И потом не все и не сразу перевернулись по указанию одного из братьев. Потом затеяли драку между делом. Потом отлынивали от прыжков через кольцо. Короче вели себя, как сотрудники, прошедшие уже испытание корпоративом, но вынужденные как-то дообрабатывать оставшиеся 2 дня до Нового года.

Вообще, мужчины, дрессирующие этих огромных кошек, - это очень сильные мужчины, ибо чтоб тебя не сожрали, нужно быть сильнее этой груды мышц и зубов. И когда ты оседлал кошку, чтобы прыгнуть с одного огромного колеса на другое, то… извини, она может растопыриться и фиг ты ее сдвинешь с места. Ситуация у одного из братьев, прямо скажем, была тупиковая: лев угнездился когтями в реквизит, на красноречивое подпихивание сзади не реагировал и насупился окончательно. Но братья – мужчины сильные, если кошка не везет тебя, придется везти кошку самому…

«Система» Запашных про игроков и про игроманию. Поэтому и конец в назидание сидящим в зале подросткам весьма печальный: главного героя засосала виртуальная реальность. Запашные поприветствовали в зале Мартиросяна и Стриженовых. И мило прокомментировали рисунки мальчика, прорвавшегося к ним во время аплодисментов. В общем, хороший цирк, местами нарочито рисковые номера, ТУЧА спецэффектов и… ни одного клоуна. Поэтому, в который раз уже вопрошаю: «А пойдемте в цирк?»

Тетя Газа

ТАРАБ. Танцевальная компания 7273 (Швейцария). Фестиваль Цех 2014.

Драйв, энергетика и эпатаж. Буйство красок, смелые фантазии, эквилибр и каучук. Китч. Все это не про ТАРАБ. Ни тебе вырванных в экстазе менисков, ни вращений на зрачке левого глаза, даже захудалой видеоинсталляцией не разжились в швейцарской компании 7273. А поговорить с залом? Банальное конфетти? Скука! Аттракцион невиданной честности. По отношению к движению и залу.

Чистота. Есть только луч света и звук. И девушка в центре этого звука движется каждой клеточкой своего тела: от кончиков пальцев до… кончиков пальцев. И всех постепенно засасывает в эту воронку. Никакого насилия, зритель по собственной воле со словами: «Уже бегу!» шагает в пропасть. Медитация. Язык и эстетика арабской музыки в контексте современного танца.

В аннотации к спектаклю значились также следующие спецэффекты: ароматы кофе и кардамона, звуки восточного базара и физическое ощущение летнего дня в Каире. Заявка на успех с учетом отсутствия каких-либо декораций, освежителей воздуха и плотно прикрытой (для чистоты эксперимента) дверью в буфет. Легким росчерком бедра в воздухе у спектакля действительно появился вкус, запах и цвет. И аромат духов девушки в соседнем кресле стал казаться громче и тяжелее. В игру «проведи час в Каире» затянуло даже самых толстокожих.

Бытует мнение, что сегодня, чтобы быть в тренде, нужно непрерывно изобретать уникальную танцевальную лексику, латая бреши в своем несовершенном хореографическом языке. Но можно, оставив патентную службу без работы, разобраться в устройстве своего «велосипеда». И кайфануть уже, наконец, от движения, не вкручивая сверлом свою философию в уже и без того переполненные мусором мозги зрителей. «Кайфануть» ансамблю современной пляски и арабской песни удалось. И соблюсти меру, чтобы не сорваться в монотонность и однообразие. Укачать зрителя на волнах своего мягкого движения, чтобы ему (зрителю) от этой качки стало «просто хорошо», а не сложно и тошнило. И по ходу своей «спонтанной речи» нашли хедлайнеры фестиваля таки ту самую «свою лексику» и активную (экспрессивную?) ее составляющую.

И интерактив с залом состоялся. Спокойный обмен с использованием энергосберегающих технологий. Без стрельбы в воздух, шума и суеты. Вроде как, «восток – дело тонкое!». И вовсе необязательно призывно смотреть в зал, испепеляя его взглядом и превращая в камень все живое. Или «активно работать» со зрительским вниманием, держать в тонусе эту размазню в мягком кресле. Можно прикрыть веки и танцевать, обращаясь куда-то внутрь себя. И в этом тоже есть особая манкость. Возможно еще и поэтому смотревшие ТАРАБ зрители тихо спускались по лестнице ЦИМа, чтобы не расплескать свое полученное «просто хорошо».

Тетя Газа

Серьезный шаг. Компания Николь Сейлер (Швейцария)

Не могу смотреть современные танцевальные спектакли больше 15 минут

(с) Т.Тарабанова

У нас не танцевальный спектакль, «Серьезный шаг» - это перформанс. Перформанс – это такая штука, когда, как правило, ничего не понятно

(с) она же

Создатели перформанса действительно рискуют - говорят о том, о чем, возможно, не стоило бы говорить. Они рассказывают танец. Уподобимся им и формально перескажем случившееся 6 декабря на сцене Культурного центра ЗИЛ.

На сцене появляется Татьяна Щербань и без объявления войны начинает движение. Движение складное (я бы даже сказала, для многих сидящих в зале танцоров поучительное), с использованием незамысловатого реквизита. «Лавка!» - так назовет в этот вечер реквизит московский зритель и не поморщится. Питерское языковое чутье Татьяны Тарабановой в этот момент забилось в предсмертных судорогах, но сама Таня Тарабанова, сидящая на секундочку в Нью-Йорке, и бровью не повела.

Не отдышавшись, Таня Щербань обозначила свое движение как «некая комбинация в стиле contemporarydance». И пока зритель начал морщить мозг над тем, куда его послали в такой жесткой формулировке, ему дали микрофон и попросили описать то, что же он увидел. Зритель Андрей, проскочивший несколько ступеней по лестнице зрительской эволюции, резко перестал улыбаться Татьяне приклеил жвачку под стул и отложил поп-корн. Он описал ее движение как «Это было twisted… и потом вы совершили попытку выйти из себя!». Потом опомнился, скатился по перилам вышеуказанной лестницы вниз, и крякнул: «А еще вы использовали лавку!» В воздухе запахло конкретикой. Т.Щербань ухватилась за забрезживший свет в иносказательном изложении Андрея: «И что же я делала с лавкой?» - «Попытались выйти из себя…» Микрофон попросили передать зрителю с менее образным мышлением и больше не набирать зал по объявлению.

Тем временем, ответственный за техническую часть спектакля Винсент Деблю мигом смотался в Нью-Йорк к Татьяне Тарабановой и настроил ей скайп. Да так, чтобы она совсем ничего не видела и по возможности почти ничего не слышала. В Нью-Йорке и так неплохо.

Неправдоподобно бодрая с учетом разницы во времени в 8 часов Татьяна улыбалась и махала нам с большого экрана. Ей предстояло по описанию искусствоведа и балетомана Андрея станцевать именно то, что показала до этого Т.Щербань. Сверить можно было с оригиналом – две Татьяны танцевали одновременно. Т.Тарабанова, запертая в четырех стенах с некачественно настроенным скайпом, натурально «выходила из себя».

Следующему зрителю предстояло описывать то, что делает Т.Щербань для воспроизведения в прямом эфире тех же действий Т.Тарабановой, уже немного пришедшей в себя. Здесь промелькнула «поза сумоиста», четко запомнившаяся Т.Тарабановой, и «еще такая поза… из йоги!». Далее было предложено описать конкретную позу для воспроизведения аналога в Нью-Йорке. Косноязычие в наборе с не вяжущимся лыком передавалось от зрителя к зрителю вместе с микрофоном.

Почувствовавшему силу своего влияния зрителю было предложено формировать позы самому. «Упор лежа!» - рявкнул кто-то из зала. – «Ногу правую поднять и достать ею до затылка!!!» Скрученная в узел Татьяна Щербань продолжало слабо интересоваться: «Вам нравится? Главное, чтобы зритель был доволен!».

- Бывают такие моменты в жизни творческого человека, когда хочется двигаться как… что-то! Сейчас я двигаюсь как кто?

- Как… павлин, - брякнул недоумевающий зритель.

- А Таня тоже двигается как павлин?

- Нет, она как курица…

- Вы знакомы с Таней? Очень смело заявлять, что она двигается как курица…

Татьяна Табаранова, тем временем, начала вновь по-нью-йоркски с куриным апломбом выходить из себя…

Обеими Татьянами по заявкам зрителя и только в этот вечер были исполнены пантомимы на тему «динозавр», «почти приготовленная яичница на сковороде», «аппендицит», «зверская ложь». Сильно подкосила танцовщиц «гравитация» и почти под крики браво исполнен известнейший в питерских кругах танец «пьяный котенок».

Зал радовался, гоготал и сучил ножками, как малый ребенок.

Для того, чтобы закрепить пройденный материал, Татьяны исполнили все то, что было сказано в тот вечер. В обратной перемотке мы увидели сумоиста, быка, котенка, бессердечную гравитацию и ту самую позу из йоги. Наверное, для того, чтобы еще раз задуматься о том, как трудно и почти невозможно описывать словами то, что описанию не подлежит. Потому что в танце как минимум есть «картинка, звук и воображение». У каждого свое.

Тетя Газа

Рецензия на спектакль "Провинциальные танцы". Чтоб не потерялось

Нелегко тебе придется с этой рецензией. Погугли в интернете, может, найдешь, где списать. (с) В.Стовбер

Провинциальные танцы снова показали «Забыть любить» в Москве. На этот раз в рамках Международного фестиваля театров танца ЦЕХ. «Забыть любить» вообще можно показывать снова, и снова, поскольку тема потерянного в соцсетях поколения остроты не теряет и, скорее всего, еще долго будет оставаться актуальной.

Спектакль начинается с полнейшего мрака, который по ходу действия рассеиваться вовсе не собирается. Напротив, авторы всеми возможными средствами художественной выразительности нагнетают атмосферу безысходности, которая действует, надо сказать, удушающе. Кажется, зрителю не выбраться из этой коробки со своими самыми страшными сновидениями никогда. Только после продолжительных аплодисментов по окончании спектакля он вспоминает, что можно дышать и выходит из комфортного состояния коматоза.

За жесткий хоррор отвечают:

- голландские хореографы Ури Ивги и Йохан Гребен, создавшие танцевальную лексику из судорог, резких выпадов и всегда «стреляющих» батманов. Танцовщики ломают себя, создавая причудливую графику, и одновременно с этим крайне жестоко без расшаркиваний общаются друг с другом. Они транслируют вполне конкретные эмоции злобы, страха и желания, двигаясь агрессивно и выворачивая друг друга наизнанку. Изнанка при этом оказывается грубой и животной.

В плохом романе описание происходящего звучало бы так: «Не в силах оставаться друг с другом, они беззвучно страдают от одиночества и корчатся от боли и невозможности что-либо изменить. Прерывистое дыхание, короткие взаимодействия партнеров, депрессия. Зрителю в пятом ряду повторить 15 капель корвалола».

- британский музыкант Томас Паркинсон, добавивший жути в повествование о прелестях активной и беспорядочной интернет-жизни. В склеенной Ури и Йоханом коробочке со страхами звучат шумы и ритмы, подходящие для пробежки по темным питерским подворотням с топориком наперевес в поисках своей старушки-процентщицы.

- техничные танцоры «Провинциальных танцев», этакие молодцы от танцев. Машина, работающая без сбоев и демонстрирующая превосходное сцепление с полом. Они призывно, порой с вожделением смотрят в зал, не теряя миллионы ниточек, крепко связывающих их со зрителем. И при этом – остаются холодны и безразличны друг по отношению к другу. Все как в сети: мы опутаны многочисленными ничего не стоящими связями с незнакомцами и при этом можем отвернуться от того, кто сидит рядом.

Не уверена, что стоит так расточительно убивать танцоров ради того, чтобы еще раз сказать, что интернет – зло, а мы со своими многочисленными гаджетами уже давно сидим в преисподней, где Томас Паркинсон пощелкивает и посвистывает, сигнализируя о том, что пришло новое сообщение в FB.

Тетя Газа

Лезгинка today 22 и 23 ноября в Культурном центре ЗИЛ

- Мы сходили на лезгинку today.

- Что, на улице случился спонтанный перформанс?


 - Я вообще люблю всякие кавказские танцы…


Дым, пуанты и небритые мужчины в лосинах. А если по порядку, то…

Задумали как-то пятеро танцоров выстроиться в прекрасную прямую (а вовсе не изогнутую) линию. И что уж там, стремление весьма похвальное. Но для достижения этой цели путь был выбран наиболее тернистый – через работу «с залом и пространством». В течение примерно 10 минут. Весьма неглупый зритель понял, что с ним работают уже минуте на 2-ой и внимание его начало беспощадно рассеиваться. На пятой минуте «бродилок» по сцене ползала пытливо просматривало новости вконтакте, на шестой кто-то громко крякнул: «Доколе… это что, все сорок минут будет продолжаться?». На восьмой минуте зритель увял, пространство свернулось, кое-кто (из тех, кто постоянно посещает современные перфомансы) достал плед, кресло-качалку и начал устраиваться поудобнее. На задних рядах, видимо засыпая, дважды с грохотом выронили планшет. Как вдруг, ударили в бубен… танцоры запели!

Далее произошла-таки лезгинка с харАктерным апломбом и грохотом падающих в пол колен. И одновременно, смешиваясь, но не взбалтываясь, происходил contemporary dance с тягучим обожанием пола, спиралями и полной отстраненностью от происходящего рядом культурного обмена.

Монолог одного из героев несколько разрядил обстановку. Он рассказал душераздирающую историю без конца и края про женитьбу брата, которая переросла в детектив про поиск школы, где преподают лезгинку, с помощью папы-ФСБшника и гугла. Зритель все больше увязал в противоречивом кавказском юморе.

И в конце все, наконец, сплелось и заиграло. Спасибо за пуанты и юмор без слов. И за «картинки», которые в течение всех 40 минут случались и радовали. Сегодня еще один шанс увидеть, оценить и возрадоваться.